Польский опыт

В Украине секс-бизнес не является уголовным преступлением. Однако до сих пор существует административная статья за этот вид деятельности. Секс­-работники очень страдают из-за этого. Административной статьёй пользуется для шантажа милиция. 

После оформлении штрафа, извещение о том, за что его выписали, отсылается на родину сексработника, место его прописки, а учитывая тот факт, что большинство СР – приезжие из маленьких городков и деревень, об их работе узнаёт весь населённый пункт от почтовых работников и местных участковых. Клиенты так же чувствуют себя безнаказанными, что увеличивает процент насилия над СР.

 

Интервью с польскими секс-работницами

 

Мария, когда вы начали заниматься секс-работой?

Мария: Мне было почти 48 когда я занялась секс-работой. Сейчас мне 50. Вначале мне было сложно, но меня легко приняли другие девушки. Сначала я работала на агентство, и там было очень большое разнообразие возрастов, поэтому даже самые молодые женщины приняли меня. После того, как распался мой брак и работа, мне было трудно переключиться с роли матери и домохозяйки, у которой был муж уже много лет. Раньше я работала бухгалтером, с обычной регулярной работой с 8 до 3 дня. Но потом я сказала себе, что я должна задаться целью избавиться от долгов и заработать денег. Теперь я хорошо устроилась и мне действительно нравится эта работа. Но было и переходное время.

Я предпочитаю работать с молодыми женщинами, потому, что я могу легко подружиться с ними. Ведь мы не конкурируем – у нас различные типы клиентов. Когда я начала заниматься секс-работой, мне очень помогли мои молодые коллеги. Они научили меня, как выполнять эту работу, как это делать более безопасно, как использовать презервативы, как использовать их с клиентами. Они многому научили меня о сексуальных вещицах (смеется).

Я их тоже учила: Когда ты работаешь, задействуй не только свою задницу, но и голову! (Смеётся)

Секс-­работа помогла мне в финансовом смысле. Осталось только четыре месяца, пока мне надо быть секс-работницей, чтобы оплатить свои долги. Сейчас я работаю одна в своей собственной квартире, поэтому я немного чувствую себя изолированной.

Отличается ли ваша работа сейчас, когда вы работаете с клиентами в одиночку?

Мария: Пока что у меня не было плохих ситуаций в контакте с клиентами. Если мне нужна помощь, я либо связываюсь с TADA или полицией. В Польше закон разрешает работать в квартире. Секс-работа не криминализована ни для клиентов, ни для секс-работников, она даже не является административным нарушением. Но она и не легализована.

Значит, секс-работа декриминализована в Польше? 

Юстына:  В большинстве случаев. Но вы не можете жить с прибыли с чьей-то секс-работы, как например, владелец агентства или борделя. Польша подписала старую конвенцию ООН, которая обязывает страны криминализовать всякого, кто получает прибыль с секс-работы. Это стало большой преградой на пути декриминализации. Несколько лет назад закон, запрещающий владение борделем или агентством, означал, что большинство борделей и агентств принадлежали организованной преступности или нарко­дилерам. Но сегодня множество агентств принадлежит богатым владельцам гостиниц и есть много секс-работников, которые сами управляют «увеселительными» агентствами.

Агентства могут принять на работу секс-работников в качестве танцоров, официантов и легально зарегистрировать их… и неофициально они будут предлагать секс-услуги. В некоторых гостиницах официантки могут предложить секс. В этом случае официантка должна заплатить часть денег владельцу.

Но секс-работа в Польше не легализирована. Это означает, что если вы занимаетесь секс-работой, то вам не надо платить налоги.

Юстына: Разные люди выступают против легализации секс-бизнеса в Польше: в большинстве своем это церкви и консерваторы, а также секс-работники, которые не готовы работать в открытую. Но так же против этого некоторые бизнесмены, потому что, если у вас появился излишек денег и вы не выплатили налоги, вы всегда можете сказать, что вы заработали их через секс-услуги. Такое случается, когда вовлечены огромные деньги.

Предпочли бы вы декриминализацию, когда нет законов против секс-работы или легализацию, когда секс-работа признается работой по закону, со всеми льготами и обязанностями, которые следуют за этим?

Мария: У меня было другое занятие до секс-работы. Когда я постарею, я буду получать пенсию со своей предыдущей работы, поэтому для меня это не является таким приоритетом, по сравнению с теми, кому нужна пенсия. Лично я хотела бы оставаться анонимной личностью. Я не хочу, чтобы меня вынуждали регистрироваться где-­либо как секс-работницу. Я живу в абсолютно другом городе сейчас. Не хочу, чтобы моя семья узнала об этом.

Когда вы занимаетесь своим легальным бизнесом, вам необходимо платить государству много денег (социальное и медицинское страхование, пенсионные взносы, налоги на прибыль, налог на добавленную стоимость).

Юстына: Много секс-работников боятся потерять деньги, если мы перейдем со статуса почти полностью декриминализованного, как сейчас, в статус легализованного. Они опасаются, что легализация сделает самостоятельную работу настолько невозможной, что множеству секс-работников придется работать на владельцев борделей, теряя тем самым часть денег.

А каковы отношения между полицией и секс-работниками в Польше?

Мария: Полиция в Польше сейчас относится к секс-работникам уважительно. Важно то, что даже если наши клиенты делают что­-то не то, например, разобьют окно или нарушат порядок, полиция никогда не винит секс-работников в этом. Когда я работала в агентстве, двое парней появились и стали предлагать «защиту», они нам угрожали: «Вы нам заплатите… иначе у вас будут проблемы!» Я отказалась наотрез и пообещала позвать полицию. Эти двое не поверили, но я действительно позвонила в полицию.

Поэтому парни ушли из агентства и пошли в другое, где проделали ту же комбинацию. Те секс-работники были очень напуганы. Я обзвонила девушек во всех известных мне агентствах, чтобы предупредить их. В третьем агентстве, в которое пришли эти парни, они попали в руки полиции, потому что после звонка полиция тоже прошлась по агентствам в поисках этих парней.

Юстына: Сотрудничество TADA* с полицией действительно очень важно. Секс-­работники могут рассчитывать на полицию. Они открыты для сотрудничества с НПО. У нас в Польше существует многосекторный подход к разным вопросам. Полиция привыкла сотрудничать с НПО, например, в борьбе с бытовым насилием.

Мария: К сожалению, я не знаю, такая ли ситуация в городах поменьше, или там, где нет НПО, защищающих секс-работников. В Польше есть только два ресурса: La Strada** для жертв трафика и TADA для секс-работников, но они активны только в четырех городах.

Недавно определенные политики предложили криминализировать клиентов секс-работников в Польше. Как вы считаете, изменятся ли ваши отношения с полицией, если клиентов сделают нарушителями?

Мария: Конечно да! Если бы секс-работу или клиентов криминализировали, тогда было бы намного сложнее обращаться в полицию. Мы были бы беспомощны в таких ситуациях, как я только что упомянула. Мафия и группировки наживались бы на этом. Полиция очень усердно работала над тем, чтобы расчистить место от мафии и группировок. Теперь осталось только несколько группировок. И у нас много секс-работников иммигрантов из России, Украины, Болгарии, которые могут себя чувствовать относительно в безопасности. Успех в борьбе с мафией стал возможным благодаря сотрудничеству секс-работников и полиции. Секс-­работники внесли очень большой вклад в это. Насилие по отношению к секс-работникам существует – изнасилования, избиения со стороны клиентов. Но в каждом случае секс-работники знают, что могут всегда позвонить в полицию и делают это. Мы даже звоним в полицию, если клиенты хотят уйти, не заплатив полностью! Полиция определила четко для секс-работников: «Если у вас проблемы – просто позвоните нам». Но должна сказать, что это типичная ситуация для Варшавы, но не для всей Польши.

Как «антиклиентский» закон (шведская модель) повлияет на секс-работу?

Мария: Некоторые клиенты перестанут приходить. По крайней мере поначалу. Это отпугнет их. Меньше клиентов – означает меньше денег, поэтому для меня это будет означать еще больше работы, чтобы выплатить долги. Еще это значит, что будет меньший выбор клиентов.

* «TADA», ** «La Strada» – члены SWAN, польские НПО, защищающие права секс-работников и осуществляющие соответствующие проекты.

Из интервью во время 2-ой ежегодной встречи членов Сети SWAN (Киев, май 2007)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *