Весеннее обострение наркофобии

Умы бравых борцов с наркотиками по-прежнему будоражат фантастические картины абсолютной наркозачистки. Осенью прошлого года с подачи главного нарколога Минздрава Евгения Брюна всерьез обсуждалась перспектива поголовного тестирования на употребление запрещенных наркотиков всех жителей нашей сказочной Родины. Это было осеннее обострение наркофобии, а нынче наступил весенний сезон…

 

Умы бравых борцов с наркотиками по-прежнему будоражат фантастические картины абсолютной наркозачистки. Осенью прошлого года с подачи главного нарколога Минздрава Евгения Брюна всерьез обсуждалась перспектива поголовного тестирования на употребление запрещенных наркотиков всех жителей нашей сказочной Родины. Это было осеннее обострение наркофобии, а нынче наступил весенний сезон…

 

ФСКН, желая расширить сферу своих полномочий до уютненькой безграничности, сочинило новый законопроект, согласно которому даже те люди, кто был уличен в наркопотреблении хотя бы однократно и подвергся административному взысканию, должны быть учтены и поставлены на наркоконтроль. Сим славным документом вводятся в оборот новые интересные понятия: наряду с “лечением от наркомании” появляется примечательная позиция “медико-социальная реабилитация в связи с потреблением наркотических средств без назначения врача”. Таким образом совершенно уравнивается человек с диагнозом “наркозависимость” с обычными наркопотребителями, на самом деле далекими от наркомании.

Таким образом подводится юридическая база под голословные утверждения начальника ФСКН Виктора Иванова, в начале этого года огорошившего публику следующим сообщением: “По данным мониторинга наркоситуации, проведенного в прошлом году, в России около восьми с половиной миллионов лиц с разной степенью регулярности употребляют наркотики”. Что это за загадочный “мониторинг наркоситуации” и какова его методика, никому неизвестно. О сомнительности этой арифметики исчерпывающе написал Лев Левинсон. Тем не менее еще недавно, по сообщениям той же службы, наркоманов было вроде бы только 2,5 миллиона, потом как бы стало пять, а теперь вот такой рост – ясно, что надо усиливать борьбу! Тем более, как утверждает генерал, “именно они обеспечивают до 80% всей уличной преступности в стране, одновременно образуя как рынок спроса на наркотики, так и инфраструктуру их сбыта”. Опять-таки, неважно, что устрашающий термин “уличная преступность”, судя по всему, выдуман специально для этого доклада и только кажется всем понятным, а на самом деле в криминальной статистике не используется.

В любом случае, поскольку армия жутких героиновых торчков что-то на горизонте не просматривается, приходится волей-неволей записать в наркоманы, а заодно и в уличные преступники, всех подряд. То-то задрожит обыватель! То-то денежки из бюджета потекут! Согласно проекту ФСКН, осужденные административно наркопотребители (“наркоманы”), которых обязали пройти лечение или реабилитацию, должны быть поставлены на учет, причем судам, уполномоченным органам и медицинским организациям предстоит сложным образом перекрёстно обмениваться контролирующе-подтверждающими письмами, и все в трехдневный срок. Я даже не говорю о том, что вся эта бюрократия затопит и без того перегруженных бумагомаранием сотрудников. Что в России хоть ты тресни, но не хватит медицинских организаций на 8,5 миллионов потенциальных реабилитантов и пациентов. Что всё это просто повысит коррупционную составляющую теневого “кривоохранительного” бизнеса. Меня куда больше интересует иная параноидальная составляющая: понимают ли авторы законопроекта, какое количество совершеннолетних граждан РФ они фактически выводят из-под действия нашей несчастной Конституции, и так уже по швам расползающейся от всех этих “иностранных агентов” и “несанкционированных митингов”?

Надеюсь, что этот законопроект не пройдет, хотя надежды мои слабы. Впрочем, чтобы вы не думали, будто только в ФСКН работают самые умные люди в стране, вот вам история про сенатора Анатолия Лыскова, тоже сочинившего свой законопроект. Господин Лысков хочет модернизировать статью 232 УК. Суть его предложения такова: “Когда этот закон будет принят и вступит в силу, тот, кто в своей квартире позволит наркоману уколоться или покурить, может попасть в тюрьму года на четыре”. Человеку, далёкому от проблематики солидного наркопритона, покажется: ну и хорошо, ну и правильно, надо штрафовать и сажать! Но в реальности это приведёт не к уменьшению количества настоящих наркопритонов, а к увеличению соответствующей отчетности и всяческим провокациям по отношению к наркопотребителям или к тем, кого в наркопотреблении заподозрят. Или захотят заподозрить по сигналу сверху, если речь пойдет о квартире какого-нибудь гражданского или оппозиционного активиста. Будет как в старом анекдоте: “Что вы делаете в вашей квартире, товарищ Петров, почему от вас все время слышится хохот и пахнет какими-то жжёными тряпками? – Да ничего особенного, господин участковый, так, тряпки жжем, смеемся”. Только теперь за жженые тряпки можно будет угодить либо в колонию, либо как минимум на добровольно-принудительную реабилитацию. А пузырь тотального наркоконтроля будет раздуваться и раздуваться, вкуривая в себя чудовищные многомиллиардные госбюджеты на вдумчивый распил. Пока не лопнет.

 

Александр Дельфинов (в блоге Свободное место)

grani.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.