“Выходи! Ну выходи…”

…с 15 лет,и я был хиппи, и “системой” тогда называлась именно тусовка, а отнюдь не системное употребление инъекционных наркотиков, хотя само слово “система” в среде нарков всегда означало тоже что и сейчас.) Но вот в среде хиппи были как и нарки, так и куча молодых – особенно девушек, и если у них случались какие-то непонятки, в основном с их молодыми людьми, которые настолько буквально понимали FREE LOVE, что совершенно не стеснялись поиметь какую-нить молодую “хипушку” буквально на глазах своей “постоянной подруги”…

У “подруги” случался “шок”, а так как поперечные порезы от кисти до локтя встречались у каждого второго (обычно у парней, связано, как правило, с отмазом от армии), то решение, как поступить “подруге”, не так буквально понимающей free love, было обычным делом на хипповских флэтах или сквотах. Плача и размазывая тушь на глазах, подруга, “взяв “мойку” и осыпая своего “фрэнда” оскорблениями, самым мягким из которых было “козел вонючий”, ломилась в ванную комнату или сортир, где запиралась и начинала “маньячить”.
Что характерно, никто ее не останавливал и не пытался хотя бы отобрать “мойку”. В те годы и в той субкультуре, порезанные вены являлись как бы неотъемлимым атрибутом “системной герлы. Эти порезы как бы означали, что человек либо был в “дурке”, либо сталкивался с такой жизненной ситуацией, что небольшое кровопускание являлось единственным выходом. У запертой изнутри на щеколду ванной собиралась большая часть обитателей флэта или сквота. Вся туса, собравшись у запертой двери, буквально приникали ушами к щелям в двери и с каким-то нездоровым любопытством ждали развития событий (ботва – они интересное любят…(с)) Из-за запертой двери доносились всхлипы обиженной в лучших чувствах “подруги” вперемежку с ругательствами в адрес неверного “фрэнда” – а человек 10-15 , скопившись у закрытой двери – ЖДАЛИ.
Меня тогда сильно удивляло, почему никто из парней (и в среде хиппи встречались,вполне здоровые и физически крепкие ребята) не делал ни малейшей попытки открыть дверь, хотя одного удара плечом вполне бы хватило для “совковой”, сделанной из оргалита и фанеры, хлипкой дверки,открывающейся вовнутрь.
Таким образом, у “несчастной жертвы” свободной любви просто не оставалось другого выхода кроме как “резать вены”. Хотя и я, тогда совсем молодой и неопытный, а тем более люди старше меня – прекрасно понимали, убить себя подобным образом практически нереально. Но для всей тусовки все это было не просто “приколом” – это было своего рода инициацией, испытанием силы воли, или если это делалось напоказ – чтобы таким радикальным методом заставить своего фрэнда как минимум побледнеть и, прекратив глазами раздевать новую “пионерку”, броситься своей на помощь… но этим занимались “сестры” постарше, имеющие порезы на обоих руках. Что поделать, – “шиза”, “шизанутый”, я “ошизел” – все эти слова употреблялись в положительном смысле в любом контексте, и даже действительно не совсем нормальные, а порой и совсем неадекватные люди принимались субкультурой хиппи отнюдь не в роли юродивых, а как равные – шиза, ну что тут поделаешь?!?
Но в нашем случае это была именно инициация, и не дай Бог, если у “жертвы” сдавали нервы, или во весь голос прорывался Инстинкт Самосохранения… и она, не “оправдав ожиданий”, в слезах и соплях по колено выходила из ванной. Всё, в глазах всей тусы она “опустилась ниже плинтуса”, и ее судьба как “системной герлы” обычно заканчивалась, или была под большим вопросом.
Но чаще случалось то, чего все с таким нетерпением ждали от бедной, обычно 15-17 летней девчушки. С одной стороны, все вроде как верно, сказав “А”, надо говорить “Б”, но и тогда и сейчас – все это казалось мне фарсом, неудачной пьесой с плохой актрисой и омерзительной “массовкой”. Ведь все или почти все не первый раз присутствовали при аналогичной ситуации. Казалось, все роли расписаны заранее: парочка нарков, мутившая мульку(эфедрон) из 10мл фурика эфедрина 2 или 3%, продававшегося в любой аптеке за 6 или 8 коп – старались быстрее поставиться и свалить с этого флэта, пипл постарше, до этого на кухне устроивший небольшой “джем-сейшн” в 2 гитары и флейта или, что лучше – с губной гармошкой (оказались из Минска) – тоже старались побыстрее скипнуть, напоследок по-телефону найдя себе новую “вписку” и… девчушка оставалась один на один с “мойкой” в мокрой от слез и пота руке… и теми, у кого все в норме с пропиской и УК, обычно такой же молодняк 15-18 лет – по-другую сторону запертой ванной. Напряжение достигало апогея, когда в ванной включалась вода. Это становилось все более интересным. Может, она решила набрать полную ванну и вскрыться в воде? Массовка уже бурлила, кто-то пытался отговорить “жертву”, у какой-то герлы случилась истерика – она падала в обморок или неловко пыталась изобразить припадок, с пеной изо рта, отчаянно колотя головой по паркету…. ей, дабы она не откусила себе язык, вставляли в рот вилку или большую ложку, мало заботясь о том, что будь этот припадок реальным, она проглотит язык или сломает себе зубы об эту ложку из нержавейки… и неловко подхватив бьющеюся в истерике девушку за руки и за ноги – “пионеры” оттаскивали ее в комнату, где она в их “братских объятиях” довольно быстро замолкала…
И тогда и сейчас меня сильнее всего волновало-эмоциональное состояние “жертвы”… она одна в крошечной ванной, за дверью “пипл” , который ждет от нее однозначных действий. Что она чувствовала? Первая реакция на измену – давно прошла. Да и не особо сильно ей нужен этот “озабоченный пионер” с хаерком, закрывающем уши, и с неотросшей как надо челкой, когда они целовались, эта челка постоянно лезла в рот то ей то ему. Ну и что с того, что ей все говорили, что максимум она потеряет сознание, а потом кровь свернется. Ей лезут в голову совсем дурные мысли. Вон царевич Алексей – гемофилия, и кровь не остановить…е сли рядом нет Распутина. Что же делать? Полоснуть по такой нежной коже этим маленьким, но очень острым предметом? Да одного раза будет мало, надо раз пять… как ей говорила старшая “сестра”, – надо зажать мойку между большим и указательным пальцем так, чтобы торчал только небольшой уголок мм в 5, не больше… отвернуться… и со всей силы по руке, и еще, и еще… Она отвернулась, и вдруг сзади себя обнаружила небольшое окно, высоко,почти под потолком (такие всегда делали в совковых домах, чтобы можно было посмотреть, не поскользнулся ли на мокром полу старенький дедушка….), но сейчас в этом окне торчали три лица малознакомых парней, или она не могла узнать их из-за того, что они так приплюснули носы к стеклу,что стали совершенно неузнаваемы. Она попробовала закрыть окно полотенцем, к счастью над самой ванной были протянуты веревки для сушки, накинув на одну большое полотенце, ей удалось прикрыть окошко, что однако очень не понравилось парням, считавшим, что они занимали самые лучшие места, можно сказать в партере. В дверь начали стучать кулаком. В ее душе боролись 2 мысли: зачем я все это начала, из-за КОГО?.. Они ждут, они ждут крови… и кровь эта должна быть моей… весь этот стук в дверь – это просто они торопят меня,подталкивают… к самоубийству! Да нет, о чем это я… они меня все равно спасут… не могут не спасти! Господи, а какие потом останутся следы, их не замажешь тональным кремом… придется и летом ходить с длинными рукавами! Мысли сбивались, приходили в голову самые ужасные картины – перерезанный электричкой практически пополам пьяненький мужичонка, всегда ошивавшийся на станции возле бочки с пивом… его знали и часто угощали… но теперь на платформе лежали две половинки, ноги отдельно, из разорванного живота торчат страшные серо-фиолетового цвета… и такие длинные… она отвернулась – к горлу подкатила тошнота… самое страшное, что человек был еще жив, он пытался что-то сказать, но изо рта только выходил невнятный хрип и надувались на губах кровавые пузыри… она перевела взгляд на ноги, одна была только в носке, а вторая в тяжелом рабочем ботинке, и эта нога двигалась, она выбивала дробь по асфальту платформы – это испугало ее больше всего, и она, не разбирая дороги, рванулась прочь отсюда, забыть,я  ничего не видела, мне показалось, такого ведь не может быть, а вокруг обрубка плотным кольцом стояли люди и подходили новые, она увидела, что там прямо рядом с телом на коленях стоит их соседка Зинка, вечно пьяненькая от своей браги, банками которой с несуразно раздутыми резиновыми перчатками на горлышках, была заставлена почти вся ее 9-ти метровая комнатка… но потом, еще очень долго, в ночных кошмарах, а порой и почти наяву к ней приходил этот мужичок, причем всегда не весь, не целиком, он то полз к ней на своих сильных руках, а за ним долго-долго тянулись эти страшные все в дорожной пыли серо-фиолетовые потроха, а иногда приходили одни ноги, причем двигались они неправильно, каждая сама по себе… во сне это было ужасно!
Все эти мысли и воспоминания мне совсем ни к чему, так я ничего не смогу… и она заплакала от бессилия, от собственной слабости, от неспособности сделать то, что должно! Да кому я здесь еще что-то должна?
Этот маленький бунт был тут же подавлен, ею самой. Слишком долго им в школе вбивали в мозг примеры Зои.Космодемьянской и прочие  примеры коллективного и личного героизма. “Молодая гвардия” – оставила глубокий след в ее душе, её сочинение было отправлено на межрайонную олимпиаду. И сейчас ей казалось, что она стоит перед строем солдат, она ранена, ее пытали, но рядом ее поддерживает Олег Кошевой, а рядом с ним Ульяна Громова….
Они шли на смерть, и не было страха ни в глазах их ни в душах… ей показалось, что голос их завуча до сих пор звучит у нее в ушах.
Она за шумом воды не слышала голосов своих друзей, но была уверена что они тут, но если бы она могла видеть сквозь стены, то была бы несказанно удивлена: у дверей ванной стоял только один мальчик, некрасивый, полный и в очках – это он стучал в дверь, и все время как автомат повторял одну фразу: “Выходи, я тебя прошу, выходи!”
Все остальные разбрелись по комнатам и занимались своими делами, им просто надоело ждать, они были слишком молоды и казались себе бессмертными, а когда считаешь себя таким, что тебе чужая жизнь или смерть? Эпизод, фрагмент… не больше.
Девушка решилась, она зажала “мойку”, как надо,оставив только маленький обоюдоострый уголок и сунула руку под горячую воду.”Чтоб вены выступили”, – вспомнила она еще один совет… от руки уже шел пар, она покраснела, но вены не выступали, только на локтевом сгибе появились две маленькие синие жилки. Я их просто не вижу – успокоила себя девушка. “Или сейчас – или никогда”,- вслух проговорила она, и голос показался ей чужим. Она отвернулась, и с силой ударила рукой с намертво зажатой в ней “мойкой”. Боль была резкой, но недолгой. Это показалось ей хорошим знаком, и она методично начала наносить удары, не смотря на руку под струей воды. Сколько раз я так сделала? – успела подумать она, боли не было… была только гордость, – я смогла, я это сделала… я такая, как и все, – и тут ее взгляд упал на руку под краном. Крови не было, только из крана текла ярко красная вода. Не вынимая руку из под крана, она тихонько засмеялась, – “Пора превращать воду в вино…” – вдруг вспомнились ей слова из какой-то песни. Внезапно она почувствовала слабость, такую резкую и неожиданную, что была вынуждена опуститься на колени, но не вынимая руки из под крана… Где же все? – подумала она. Они давно должны были сломать дверь и вытащить меня – я ведь все сделала правильно! Она глянула в то окошко под потолком, но там никого не было. Только толстый мальчик у двери повторял всю ту же фразу: “Выходи, ну выходи, ну…”, – это было последнее, что она услышала… дальше она была и Ольгой Шевцовой и Зоей и Анкой-пулеметчицей, руки ее опустились, здоровая рука почти перекрыла сток воды и ванна начала медленно наполняться горячей водой, но только красного цвета.
А мальчик все повторял: “Ты выходишь? Ну выходи! Ну-у-у…”, – он сам был здесь в первый раз, и сломать дверь в гостях… представлялось ему недопустимым хамством. К тому же все так спокойны. “Мне что, больше всех надо?!”, – повторил он семейный девиз… никаких звуков , кроме льющейся из крана воды, он не слышал. Что ему оставалось? Он даже не знал, как ее зовут. Он ее увидел только сегодня в этом доме… И он опять затянул свое: ” Ну-у-у…”

 

Индеец

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.