Анна Каренина, как инструмент наркофобии

Глядя на весёлые этикетки типа «Cough. The problem have been solved by GlycoHeroin (Smith, «Cocaine Toothache Drops«, «Forced March» with Cola nut and Coca leaves«, «Laudanum Poison« и им подобные, задаюсь мыслью:  что же произошло с нами менее, чем за cто лет? Чем объяснить кажущееся легкомыслие наших предков в многочисленных вопросах наркопотребления? Глобальный пофигизм? Повальное увлечение человечества декадентством? Преступное нежелание трезво оценивать возможные последствия доступности наркотикосодержащих препаратов в аптеках того времени?..

 

 

Мы часто думаем, что наши предки были люди наивные и недалёкие. Бывает, правда же? Говоря «предки» я не имею в виду наших мам, пап, дедушек и бабушек, я говорю о тех, кто жил за сто, двести, пятьсот лет до нас.

Например, их (предков наших) терпимое отношение к наркотикам и к их потребителям в контексте литературы прошлых лет, некоторыми нашими современниками расценивается, как «неосознанное отношение к проблеме наркомании». Ни больше, ни меньше. Если быть точным, цитата дословно звучит так: «В те времена опасность наркомании ещё не была вполне осознана», принадлежит она Иосифу Гольдфайну, а речь в его опусе идёт, на секундочку, о Льве Толстом и его «Анне Каренине».  Г-н Гольдфайн считает, что Толстой зря не акцентировал внимание читателей на проблеме морфинизма тех лет, всего лишь несколько раз упомянув всуе слово «морфий». И сразу всё становится ясным: не греховность мыслей и modus vivendi Анны Карениной уложили её под поезд, не её болезненное увлечение Вронским, а её пристрастие к морфию, который, кстати говоря, в те времена продавался в любой аптеке. Дальше – больше. Иосиф Гольдфайн предлагает увязать намертво антинаркотическую пропаганду и имя Анны Карениной. «Достаточно нескольких слов учителя, пары строк в учебнике литературы, и словосочетание «Анна Каренина» станет напоминанием об ужасах наркомании», –  предлагает далее автор. Что это, шутка? Не смешно. Страшно. Стигма, наркофобия, словно раковая опухоль пожирает здравый смысл землян уже какой десяток лет. А ведь когда-то всё было не так…

Глядя на весёлые этикетки типа «Cough. The problem have been solved by GlycoHeroin (Smith, «Cocaine Toothache Drops«, «Forced March» with Cola nut and Coca leaves«, «Laudanum Poison« и им подобные, задаюсь мыслью:  что же произошло с нами менее, чем за cто лет? Чем объяснить кажущееся легкомыслие наших предков в многочисленных вопросах наркопотребления? Глобальный пофигизм? Повальное увлечение человечества декадентством? Преступное нежелание трезво оценивать возможные последствия доступности наркотикосодержащих препаратов в аптеках того времени? Пусть на все три вопроса ответ положительный, однако, нельзя же в серьёз полагать, что мамы прошлых лет, дававшие свои детям микстуру против кашля на опии, были начисто лишены материнского инстинкта! Почему же опий в различных своих ипостасях на аптечных прилавках не вызывал у наших предков острого желания срочно принять эти микстуры? А кокаиновые производные «в ассортименте» не побуждали полицейских волочь преступных провизоров в участок? Почему мы ничего не знаем о вспышках эпидемий наркомании в викторианской Англии или дореволюционной России? И вообще, кроме знаменитых «Опиумных войн», косвенно связанных с наркопотреблением и напрямую с имперской политикой Британии тех лет, никакой «отягощающей наследственности» от тогдашней толерантности к наркопотреблению мы не ощущаем.

У многих литературных авторов  эпохи «до объявления «War on Drugs» встречаются упоминания о наркопотреблении.  Шерлок Холмс  у Конан-Дойла стимулирует свой мозг инъекциями кокаина. Монте-Кристо и сам любил закинуться какой-то волшебной смесью, и гостей своих попотчевать этим же самым не забывал. Неужели кто-нибудь рискнёт привить «непримиримость к наркопотреблению» у подрастающего поколения, используя в качестве инструмента любимых литературных персонажей? Так, чтобы у каждого школьника при звуках гениальной музыки Дашкевича из советского «Шерлока Холмса» всплыли «воспоминания об ужасах наркомании» и мороз пошёл по коже? Надеюсь, такого не будет. Никогда. Кстати говоря, в литературе тех пор, отнюдь не отрицательные персонажи употребляли наркотики. У того же Дойла, например, курильщики опия, описаны, как несчастные, слабохарактерные люди, но никак не преступники. Они вызывают у читателя сочувствие, но уж никак ни агрессию. И таких примеров можно привести не мало. В принципе, я думаю, можно при желании  поднапрячься и найти ту отправную точку в мировой литературе, когда наркопотребление из болезни превратилось в преступление. Похоже, всё же, что предки наши были мудрей, чем мы думаем.

Шарль Бодлер, Эдгар Алан По, Мишель Нострадамус, Фолкнер, Булгаков, Уорхол, Майлз Дэвис, Льюис Кэрролл, Леннон, Боб Марли, Черчилль,  Высоцкий…  Можно продолжать до бесконечности, все они в первую очередь гении, а уж потом — люди, имевшие опыт употребления наркотиков. Та же Анна Каренина в первую очередь страдала от любви, а потом уже принимала морфий, чтобы как-то от этой самой любви спастись, должно быть. Что же произошло в умах человечества? Почему наркопотребление первично в личностной оценке любого человека? Почему табак и алкоголь, ежегодно уносящие миллионы жизней доступны, относительно дешевы и в тренде, а марихуана, от которой не погибло ни одного человека — ЗЛО? Неужели голландцы реально мудрее всего остального человечества? Странно и страшно жить в это время — время ханжеского отношения к наркопотреблению. Страшно и мерзко потому, что все эти дискриминационные и антигуманные законы придумываются теми, кто в перерывах между сочинением подобных документов и сами не прочь «закинуться» или «курнуть». История циклична. И после тёмных веков всегда настаёт ренессанс. Мы застряли во временах тёмных, чернее чёрного, временах клеймения и дискриминации. Но так не может продолжаться вечно, верно?

 

Игорь Кузьменко,
enpud.org

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.