Система REAct помогает защитить права людей: история жизни клиентки живущей с ВИЧ

Иногда в нашей жизни возникают ситуации, которые делят её на «до» и «после». И не всегда это плохой знак, а, скорее, возможность остановиться, задуматься и выбрать жизнь. Подобный путь, часто, проходят в подростковом возрасте. 

Дети, растущие в побоях и насилии, становятся жестокими к себе и другим подростками, чьи одинокие души ищут понимания, признания и наслаждения в наркотическом дурмане экспериментов с жизнью. А потом наступает взрослая жизнь, в которой приходиться обеспечивать себе место под солнцем, а это больно, дорого и всегда несправедливо для зависимого человека: полиция не защитит, а скорее наоборот, социальных выплат и медицинских услуг можно добиться только с чьей-то помощью (родственники, социальные работники, отсутствие доступа в интернет у многих ключевых категорий населения). А еще боль, страх, стыд и вечные обвинения, которые летят со всех сторон. И вот, однажды, когда ты уже не обращаешь внимание на окружающих, а просто плывешь по течению, приходит помощь и поддержка. Рассказываем вам историю клиентки проекта REAct, с её разрешения пересказанная от первого лица.

 

Простой мою жизнь не назовешь с самого рождения. Мать порезали во время тяжелых родов, а я родилась с вывихом тазобедренного сустава и теперь хромаю всю жизнь. Так с детства повелось, что отец в шахте, мать тоже на работах все время, а мы с братом – у бабки. В поселке на выезде из города и жили, и ели, и друзей заводили, и в школу ходили. Не особо меня и в компании принимали, а если брат и брал куда с собой, то в основном напоить и поиздеваться над «хромоножкой», но пока я была мелкой, до старшей школы, все обходилось синяками и слезами. Потом и вовсе в школу ходила редко, но поняла, что никому и дела нет очень быстро и попробовала кроме алкоголя, сигарет еще и «ширку», «семку», фен. Мне стало интереснее, я быстро стала нужной для многих, так как бабка особо нас не контролировала, я готовила все дома: мак, растворитель и остальное приносили мои новые и старые знакомые, которые собственно и научили все делать самой. Вонь и грязь никого не смущали, бабкин дом-развалюха стоял на выселках и лесок практически рядом. Эти годы были как в тумане, и мой сожитель и брат пользовались мной как могли: били, заставляли отдавать им все деньги, которые добуду от продаж, спали со мной по желанию (еще ржали, что удобно, не надо на вторую девку тратиться). Почти в 18 лет я родила мальчика. В роддом не пошла, родила дома, не до этого было. Мой сожитель бил меня каждый раз, когда ребенок плакал, брат тоже добавлял, ругал, что аборт не сделала. И так было нелегко, а стало еще хуже. Но по счастливой случайности мальчик оказался в норме, только слабый, в больницу нас забрали на скорой, осмотрели, и уже через сутки я написала отказ от сына и убежала обратно домой без результатов анализов. 

Боль и страх

Я никому не говорила про побои и насилие, это было нормой в моей семье и у других, а как могло быть иначе? Через пару недель или больше пришли социальные работники из соцслужбы и пытались меня уговорить обратиться за помощью в милицию. Как я могу туда пойти? Я наркоманка и аморальная преступница и никто не будет меня защищать! Эти визиты не прекращались, и я кроме страха, боли и унижений не видела ничего. Брат и сожитель били меня и говорили, чтоб отвадила чужих от дома, мол из-за меня все эти козлы сюда ходят. Как-то пришла медсестра и сказала идти к врачу срочно, я боялась, не пошла… через пару лет туберкулез и, как и должно было случиться ВИЧ. Доктор, сейчас семейный, отказывается меня принимать, потому что все знают я наркоманка и «спидозная» зачем на меня время тратить, хотя я уже давно не употребляю (прошла реабилитацию, хожу в церковь) и пью АРТ, но городок маленький и все про всех все помнят. 

Помощь и поддержка

Однажды, случайно, в магазине встретила знакомую, которая рассказала о социальных работниках, которые отстаивают таких, как я и дала телефон. Вот так я и попала в проект REAct. Когда они услышали мои истории сразу успокоили и поддержали, потом вместе со мной сходили к доктору и провели разъяснительную беседу и даже принесли доктору подарок – памятку о ВИЧ и правах пациентов. И еще меня пригласили в группу, где были такие же как я, те, от которых все отказались, и они сами за себя. Сейчас у меня появились люди, которые меня поддерживают. Самое главное, что изменилось в моей жизни – это понимание того, что нельзя молчать, когда тебя обижают и отказывают, нужно искать помощи и теперь я знаю где).

Система мониторинга и реагирования REAct работает в 12 регионах Украины, и до конца года охватит практически всю страну. Основная цель проекта – помощь в защите прав людям, которые уязвимы к ВИЧ и туберкулёзу. В рамках каждого обращения, клиентам проекта REAct была предоставлена ??бесплатная помощь в интересах клиента, направленная на защиту и восстановление его прав. Среди видов помощи, которая предоставлялась были: психосоциальная помощь (психологическое консультирование, сопровождение клиента при оформлении документов и т. п.) и юридическая поддержка (консультация, сопровождение клиента при обращении за медицинскими или социальными услугами, или представление интересов клиента в суде).

Потребители инъекционных наркотиков, клиенты программы ЗПТ, мужчины, практикующие секс с мужчинами, секс-работники, люди, которые живут с ВИЧ и туберкулезом, могут сообщить о нарушении своих прав с помощью: REACT_APH_bot (Telegram), Reactaph  (Viber), https://react-aph.org или обратиться в общественную организацию, которая работает в сфере ВИЧ/ТБ по месту жительства и попросить переадресовать в проект по защите прав – REAct.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.