Опиоидный кризис в США

oxy От редакции:  Говоря об опиодном кризисе в США, можно провести параллели с аналогичным кризисами в Украине и РФ. Во второй половине 1990-х годов в этих странах получил широкое распространение трамадол – стоил копейки и продавался без рецепта. По некоторым оценкам, только в Украине к 2007-м году число людей, зависимых от трамадола, достигло миллиона. Но в 2008 году свободная продажа трамадола была запрещена.И на смену ему пришел «Кодтерпин» с кодеином.

На повальное «увлечение» аптечными наркотиками повлияло усиление репрессивных мер в отношении потребителей природных опиатов – героина и его кустарных аналогов (экстракта маковой соломки). В 2012 году в РФ продажи кодеиносодержащих лекарств законодательно запретили и началась эпоха лирики, баклафена и деза.

Однако, проводя параллели с западной наркосценой, можно отметить одно любопытное отличие – у них аптечные юзеры после «аптеки» садятся на уличную наркоту (тот же героин после окси), а у нас наоборот – как правило, после уличных геры и ширки народ присаживается на аптечную байду – трамал, кодетерп в качестве такой себе «персональной ЗТ», или же на инъекционные винт и крокодил, правда, приготовленных из аптечных таблеток.

«Окси» – оксиконтин

Вот что рассказывает об опиоидном кризисе, вызванном оксиконтином, Эмили Кэмпбелл, доцент социологии в Колледже Святого Креста – католическом университете в Вустере, штат Массачусетс, США.

Прошлый 2020-й год оказался худшим за всю историю опиодного кризиса в США: от смертельной передозировки погибли 93 тысячи американцев. Эпидемия опиатов, которая продолжается в Америке больше двух десятков лет, с 1999 года унесла жизни 8 млн. 400 тыс. человек. Примерно 2,3 млн. жителей США употребляют героин, 1,7 млн. человек безрецептурно принимают оксиконтин и другие аптечные препараты.
Трудности людей, употребляющих наркотики, усугубляются наркополитикой, не основанной на научных данных. Исследования показывают, что подпольный наркорынок адаптируется к спросу и методам работы правоохранительных органов. На рост спроса рынок реагирует падением цены: так, стоимость героина и кокаина снижается на протяжении нескольких последних десятилетий.
Политэкономисты объясняют, что повышенный спрос наряду с фактором глобализации усиливают конкуренцию на рынке наркотиков: постоянно появляются новые вещества, что приводит к падению цен.
В ответ на запреты наркотики становятся все более мощными. Маленькие пакетики с сильнодействующим веществом легче транспортировать и тяжелее находить при обыске.
Оксикодон – действующее начало оксиконтина – это полусинтетический опиоид, впервые полученный в Германии в 1916 году из тебаина, алкалоида в составе опиума.
За несколько лет до этого, накануне Первой мировой войны, началась мировая эпидемия злоупотребления героином, кодеином и морфином. Предполагалось, что оксикодон станет более безопасной альтернативой этим наркотикам.
На американском фармарынке оксикодон появился в 1936 году. В 1970-х годах Управление по делам продовольствия и медикаментов включило оксикодон в список лекарств с высоким потенциалом злоупотребления. В 1996 году Purdue Pharma, частная фармацевтическая компания, принадлежащая семье Сэклеров, представила под брендом оксиконтин (OxyContin)* состав оксикодона с контролируемым высвобождением. Таблетки содержали большое количество оксикодона, но вещество, проходя пищеварительный тракт, растворялось медленно. Производители рассчитывали, что контролируемое высвобождение уменьшит риск побочных эффектов и снизит частоту употребления для пациентов, которые принимают рецептурный оксикодон перорально.

Однако потребители наркотиков научились просто измельчать таблетки и глотать, вдыхать или вводить оксикодон внутривенно. В 1995 году тест, проведенный по заказу Purdue Pharma, показал, что из измельченной таблетки оксиконтина можно экстрагировать 68% оксикодона. Во второй половине 90-ых годов злоупотребление оксиконтином приняло размеры эпидемии, особенно в бедных сельских районах. Во многих штатах оксикодон стал популярнее героина. Purdue Pharma проводила агрессивную маркетинговую кампанию, в ходе которой участковым терапевтам рекламировали оксикодон в качестве «безопасного и эффективного обезболивающего». При этом производители умалчивали о высокой степени привыкания к препарату. К 2001 году его продажи побили рекорды. Впоследствии исследования показали, что стремительный рост популярности оксиконтина с 1999 по 2008 год был напрямую связан с ростом числа смертей в результате передозировки. В 2007 году Purdue выплатила штраф в $645 млн, признав, что скрывала сведения о риске возникновения опиоиодной зависимости у потребителей продукта. В 2019 году компания объявила о банкротстве, а весной 2021 года согласились увеличить размер выплат для урегулирования исков почти до $4,28 млрд.

Ещё в 2010 году Purdue Pharma изменила лекарственную форму оксиконтина, включив в состав полимер, который не позволял измельчать таблетки и растворять их в воде. Управление по делам продовольствия и медикаментов США одобрило версию с измененным составом как «стойкую к неправильному использованию». Уровень потребления оксиконтина слегка снизился, однако картина злоупотребления другими опиоидами осталась прежней. По оценкам американского Центра по контролю и профилактике заболеваний, ущерб от употребления одних только рецептурных препаратов мог составить $78,5 млрд в год.

Многие потребители оксиконтина перешли на героин, который был дешевле и доступнее. Так началась вторая волна опиоидного кризиса. Растущий спрос на героин открыл дорогу для проникновения на американский рынок фентанила – синтетического опиоидного анальгетика, силой действия в сотни раз превосходящего героин. В 2012 и 2013 годах число смертей от передозировки героином и фентанилом удвоилось, а в 2013-ом – утроилось.
В последние годы фентанил получил широкое распространение в качестве «добавки» к другим веществам: он часто присутствует в героине, кокаине, MDMA, метамфетамине и поддельных рецептурных средствах.
По мере нарастания опиоидного кризиса его жертвами становились, в первую очередь, представители не белого населения. В прошлом году количество смертей от передозировки героином и новыми синтетическими опиоидами в США достигло рекордного уровня в 70 тыс. По оценке Совета экономических консультантов при президенте США, потери от смертей, вызванных передозировкой, составляют более $500 млрд в год.
Эпидемия COVID-19 привела к нарушению логистики наркорынка, и люди стали употреблять любые доступные опиоиды, все чаще умирая от передозировки наркотическими миксами. Проблему усугубляет тот факт, что люди, которые стремятся избавиться от наркотической зависимости, получают недостоверные сведения о способах выздоровления. Рекомендации не основаны на данных научных исследований и только усиливают вред.

Специалисты из министерства здравоохранения и представители общественности советуют наркозависимым лечиться и убеждают, что исцеление реально. Однако, не менее 70% людей, нуждающихся в лечении, не могут его получить. Преградами служат высокая стоимость медицинского обслуживания, недостаточные возможности терапии и социальная стигма.
Исследования показывают, что зависимость – это циклическое заболевание мозга. Вероятность рецидива очень высока. Большинство людей принимают наркотики спорадически: периоды трезвости сменяются периодами контролируемого и неконтролируемого употребления. Страх ареста и стыд вынуждают людей скрывать зависимость. Из-за этого возрастает риск смертельной передозировки: рядом с потребителем нет никого, кто мог бы вызвать скорую помощь или сделать искусственное дыхание.
Курс лечения, включающий лекарственные средства, считается золотым стандартом борьбы с расстройством на почве употребления опиоидов, однако он применяется недостаточно широко.
Опиоид бупренорфин имеет эффект верхнего предела: он не опьяняет, подобно морфину или героину, но утоляет желание опиоидов. Бупренорфин помогает отказаться от неконтролируемого употребления и справиться с физическим недомоганием, вызванным отказом от опиоидов. Многие люди, получающие бупренорфин по рецепту, способны работать, проходить курс лечения и постепенно возвращаться к радостям обычной жизни.

Несмотря на это, доступность бупренорфина варьируется от штата к штату. Представители небелого населения особенно остро страдают от невозможности получать это лекарство по рецепту. Метадон используется для лечения опиоидной зависимости с 1950-х годов, однако становится всё менее доступным.
Чиновники здравоохранения, активисты, занимающиеся снижением вреда и озабоченные граждане во всех штатах США работают над тем, чтобы развернуть по всей Америке сеть пунктов, где люди смогут употреблять наркотики инъекционно под надзором врачей и с соблюдением всех мер безопасности. Такая сеть поможет снизить уровень смертности от передозировок и обеспечить людей адекватной и своевременной медицинской помощью.
Поскольку пандемия ограничивает возможности станционарного лечения, сейчас в США запущена программа распространения метадона для домашнего использования. Скорее всего, программа будет действовать и по окончании пандемии.
Часто потребители не имеют представления о силе действия и составе наркотиков. Программа по контролю качества позволяет проверять вещества на содержание фентанила в домашних условиях, с помощью простой тест-полоски. Недавно подобные программы были запущены на федеральном уровне.
Кроме того, во многих штатах расширяется доступ к налоксону в виде простого удобного в использовании назального спрея. Потребителей наркотиков и их родственников убеждают в необходимости носить назальный спрей с собой, показывают, как им пользоваться.

Сторонники безопасного доступа к наркотикам и их декриминализации указывают на успех подобного подхода в европейских странах. Героиновая заместительная терапия ограждает от непредсказуемого чёрного рынка наркотиков и уменьшает риск передозировки.
В Германии использование героиновой заместительной терапии привело к небывалому сокращению уровня нелегальной наркомании.
Португалия, которая в конце двадцатого века лидировала в Западной Европе по числу смертей от передозировки, в начале 2000-х декриминализировала все наркотики. Благодаря тому, что средства, которые расходовались на репрессивную наркополитику, были перенаправлены на развитие образовательных программ и лечение, наркомания пошла на спад. В настоящее время уровень смертельной передозировки в Португалии – самый низкий в Западной Европе.
По уровню потребления опиоидов и кокаина США занимают первое место в мире. За отказ прислушаться к голосу разума и попытки игнорировать данные о реальном положении вещей мы рискуем заплатить цену в сотни и тысячи человеческих жизней.

перевод и адаптация Максим Катрич

Источник
* Об этой фармацевтической авантюре и о том, как переживают простые американцы опиоидный кризис, попадая в ловушку беспрепятственного доступа к наркотическим обезболивающим, очень точно передаёт телесериал «Ломка», который набирает популярность среди зрителей онлайн кинотеатров и будет интересен читателям нашей газеты. – ред.

 

 

Опиоидный кризис в США

  1. Нет, Украина , не готова в открытую с должной толерантностью говорить о проблеме наркозависимости в стране.Соответственно говорить о декриминализации рано….

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.