КОАЛИЦИЯ.

  Интервью с Натальей ПОДЛЕСНОЙ, руководителем Фонда профилактики химической зависимости и Еленой НЕЧЕСИНОЙ – исполнительным директором Всеукраинской Коалиции ВИЧ-сервисных организаций. Что из себя представляет “Коалиция”?

   

   Интервью с Натальей ПОДЛЕСНОЙ, руководителем Фонда профилактики химической зависимости и Еленой НЕЧЕСИНОЙ – исполнительным директором Всеукраинской Коалиции ВИЧ-сервисных организаций.

– Что из себя представляет “Коалиция”? Чем она занимается?

Н: – Мы представляем интересы 52 организаций. Коалиция инициировалась несколько раз, каждый раз, когда сервисные организации стремились повлиять на политику доноров, или изменить какие-либо приоритеты. Несколько раз наиболее активные, сильные организации пытались объединиться. Но каждый раз это объединение оставалось неформальным и нигде не регистрировалось. Трудно сказать почему так происходило. Наверное, не было всесильной мотивации. Но, когда Украина получила грант от Глобального фонда, начались твориться безобразия. Часть денег осело в Минздраве, где на них, очевидно, накапливались проценты, другая часть отправилась в специально созданную под Глобальный фонд организацию – “Украинский фонд борьбы со СПИДом”, где длительное время вообще не было профессионалов. Деятельность этой организации была очень пагубной, так как они были очень далеки от потребителей услуг и толком не понимали, зачем это всё нужно…

– Можно ли рождение Коалиции воспринимать как прообраз профсоюза профильных НПО?

Н: Скорее нет. Мы были настолько возмущены злоупотреблениями и нарушениями в перераспределении грантов и ресурсов! Скорее это была протестная акция.

– Может, вы являетесь некой альтернативой Ассоциации снижения вреда?

Н: Нет. Ассоциация снижения вреда – это профессиональная сеть, занимающаяся непосредственно снижением вреда. Мы же занимаемся созданием условий, при которых общественные организации смогут выражать свои потребности и иметь равный доступ к средствам и услугам. Мы взаимодополняющие организации.

– И какая общественная организация может стать членом вашей Коалиции? Как Вы распределяете приоритеты?

Н: Формально, это та организация, которая представляет услуги, связанные с ВИЧ/СПИД или с наркоманией. Но эту организацию должен кто-то рекомендовать. С одной стороны, мы оказываем те услуги, что такие организации смогут получать больше средств, их будут знать доноры. Но в последнее время мы это делаем и для тех организаций, которые не являются членами Коалиции, мы всё – равно отстаиваем их интересы. Для членов же Коалиции мы проводим тренинги, конференции…

– А что мешает организации не члену Коалиции принять участие в таких конференциях? Насколько я знаю – что -что, а общественная политика у нас прозрачна, любым гостям всегда рады…

Н: Не совсем так. Сейчас будет проходить Первая национальная конференция по снижению вреда. Коалиция является одним из партнёров-организаторов и нам выделили квоту – 28 мест. Это большая честь. Нам отдают предпочтение. А это важно, так как конференция – это новые знакомства, сотрудничество, партнёрство, привлечение новых ресурсов. В тех тренингах, которые проводим мы, предпочтение отдаётся также организациям -членам Коалиции.

– Тренинги проводите Вы или Вы их заказываете?

Н: Мы формируем техническое задание, привлекаем средства и тогда ищем профессионалов, которые помогают в их проведении. Мы координируем этот процесс. Например, сейчас объявлен конкурс, проводит программа ЮКЕН. ЮКЕН будет самостоятельно принимать решение кому отдать гранты, но мы принимали участие в разработке их конкурсного задания, уточняли формулировку их приоритетов. Таким образом мы занимаемся ещё и экспертной оценкой. Мы добились того, что даже организации неприоритетных регионов могут подавать партнёрские проекты и иметь доступ к этому гранту.

Е: Мы не влияем на сами гранты. Но мы создали максимальные условия, чтобы организации могли подаваться на этот конкурс. Мы представляем большинство организаций и можем высказывать мнения донорам, пытаться формировать их приоритеты.

– Любая экспертиза предполагает набор определённых качеств эксперта, преимуществ, профессиональных навыков. Как на счёт вашей команды?

Н: С одной стороны наша команда состоит из тех людей, которые давно работают в ВИЧ-сервисе. А с другой стороны, мы – те, кто работают в офисе, мы не принимаем решений. Мы собираем правление, общее собрание или делаем рассылку, узнаём мнения организаций по различным вопросам, обрабатываем их, а затем выносим решение.

Е: Мы работаем по принципу представительства. Мы выражаем то мнение, которое высказывают большинство организаций. У нас создано правление, в состав которого входят представители разных организаций.

– Так, что же оно такое – ВИЧ-сервис?

Е: Это услуги, связанные с ВИЧ: первичная профилактика, профилактика для уязвимых групп, реабилитация, уход поддержка. Если рассмотреть рынок социальных услуг, то на сегодняшний день потребитель, клиент, не платит за услугу, но заказывает услугу третья сторона – страна, донор, местные власти. Пока что, увы, все эти услуги оплачиваются за счёт международных средств. Мы принимали участие в планировании этих средств.

– В моём далёком понимании вся деятельность украинского ВИЧ-сервиса фактически сводится к тому, чтобы направить клиента в государственное учреждение, где он сможет сдать анализы или что-то получить – антиретровирусное лечение, заместительную терапию. Или получить шприцы на улице. И такое впечатление, что клиенты услуг и те, кто им эти услуги представляет – живут в разных мирах…

Н: ВИЧ-сервис не останавливается только на тех, кто сдал анализ и получил антиретровирусную терапию, поскольку таких людей очень мало. Основные клиенты – это те, кто никогда не сдавал анализ, кто никогда не пойдёт лечиться, это обычные люди.

– И кто же бегает за клиентами?

Е: Всё зависит от специфики услуги, программы… Мы даём рекламу и клиент сам приходит. Есть приёмные пункты, комьюнити центры, телефоны доверия. Клиенты сами делают первый шаг. Мы выходим также навстречу клиентам – аутрич работа, медицинский и социальный уход на дому.

– Кто мониторит качество предоставляемых услуг?

Е: Тот, кто даёт деньги.

Н: Споры ведутся также о понятии “качество”: либо это качество самой услуги, её эффективность, либо своевременность оказания подобного рода услуг, либо и то, и другое. Стандарты, критерии для мониторинга и оценки формируются на основании опыта, успехов и достижений организаций. Пока эти стандарты не сформулированы, можно мониторить только денежные расходы.

– Что лично Вас привело заняться этой проблемой?

Е: Я работаю с 1999 года. Пришла в эту сферу случайно. Моя прежняя работа не была непосредственно связана с ВИЧ/СПИДом. Был выбор из нескольких тем, в том числе и бездомность – та тема, которой я бы хотела заниматься.

Н: У меня другая история. Я работала в Социотерапии психологом. Мне становилось всё более и более неприятно работать в этой организации. Сейчас задача Коалиции показать, что социальные работники имеют такой же уровень профессионализма, как и медицинская сфера. Что они находятся на равных.

Е: Часто люди, работающие в социальной сфере полагаются на интуицию в принятии решений. Хотелось бы, что бы их деятельность основывалась на образовании. Тогда это изменило бы подход к проблеме.

– Представьте. Если бы было в Ваших силах, что бы Вы сделали, чтобы остановить эпидемию СПИД?

Н: Первое, я бы запретила распределять средства местного бюджета и государственные средства без рекомендации общественных организаций. Второе, я бы собрала всех доноров под одной крышей и заставила бы их принять условия той страны, не в смысле правительства, а людей, народа, куда они вкладывают средства. Что бы они занимали именно ту нишу, которая необходима народу.

Е: Я согласна с Наташей. Доноры должны находиться под одной крышей, должна быть одна стратегия.

– Как должны складываться взаимоотношения между общественной организацией и донором?

Н: Должен быть паритет. Коалицией сделано очень много для того, чтобы Альянс без нас не принимал решений. Нет не единого экспертного совета, на который мы не приходим. Это происходит, потому что мы объединились.

– Что бы Вы хотели пожелать тем нашим читателям, которые работают в НПО?

Н: Что бы они прекратили недобросовестную конкуренцию. Всегда можно договориться, сесть за стол переговоров и прояснить свои интересы, даже когда идёт борьба за деньги или ресурсы. Всё должно быть во имя клиентов.

(Беседовал П. Куцев)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.