ПОЧЕСОНЫ ПО-КИЕВСКИ

Молчание перед лицом зла, лишь уверяет творящих зло в их безнаказанности и даже, — в их правоте. Когда постоянно сходят с рук диагнозы, которые ставятся от фонаря, без всяких на то оснований. Да ещё, если учесть личности пациентов, которые приходят за помощью в эту обитель, которая является последней инстанцией, ведь СПИД-Центр, это по сути
единственное медицинское учреждение, для которого профильными пациентами являются ВИЧ-инфицированные пациенты. Именно для них и трудится в этом заведении целая армия специалистов, стоящая на последнем рубеже от медицины для пациентов, на которых поставили точку гуру от медицины в других медицинских учреждениях. Хорошо ещё, когда стигма, прикрыта лукавой улыбкой, которые больные зачастую путаютс добросердечным к себе отношением.

 

Нельзя доверять человеку, которому нечего терять. Мелкая зарплата, никакой перспективы и надежды на повышение. Выбранная профессия,
вместе с юношеским задором и максимализмом обуревала мечтами сделать этот мир свободным от зависимостей, очистить землю от наркомании, алкоголизма… Вместо всего этого врачам ежедневно приходится созерцать больных, имеющих количество болезней просто ужасающее и только одна от любви, а остальные от ежедневного желания свести счёты
с этой жизнью всеми мыслимыми и не вполне методами.

А врачи, — это те, которые в начале карьеры приносили одну из основных клятв Гиппократа, которая звучит, как «Не навреди!». И, если врач не готов исполнять остальные клятвы, то эту, одну, единственную «Не навреди!» хотя бы исполняй, доктор! Но чуда не происходит. Им кажется, что не вредят они особо, но и пользы от их деятельности – НИ СЕБЕ, НИ ЛЮДЯМ. Я не говорю обо всех врачах и верю, что хороших людей гораздо больше и знаю таких. Но сейчас я пишу, потому, что молчать не могу о конкретном случае, которое просто невозможно себе представить в цивилизованном мире, в который мы так рвёмся. Толик, обратившийся полгода назад к дерматологу СПИД-Центра с ужасающей формой чесотки, перед этим жалуясь инфекционистам, соцработникам, везде получал невразумительные ответы, типа «возможность аллергической реакции на АР-терапию», которую ему в то время подбирали. Дерматолог, на приём, к которому Толян пришёл уже сильно измученный диким зудом, ранами и струпьями, на ходу брякнул: «Почесуха!» и со смехом отмахнулся от нашего парня его же историей болезни, и посоветовал купить мазь «Календулу», видать, вспомнив в последний момент о «Не навреди!» Вот уж истинно: если не поможет, то и не парализует. Наш Анатолий толком ничего не выяснил, но утвердился в мысли, что серьёзного ничего нет, со спокойной душой намазывался с ног до головы календулой и продолжал ходить на сайт заместительной терапии (долгое время подвергая опасности заражения неизвестной на тот момент болезнью не только весь сайт ЗПТ, пациентов и персонал, а и всех знакомых). Шли дни за днями, месяцы за месяцами.

Болезнь становилась всё агрессивнее, а зуд доводил до полного изнеможения. Раны, шрамы, покрывали уже всё тело. На парня было жутко смотреть.
Когда мучения достигли апогея, он попросил меня посмотреть в интернете адрес кожвендиспансера в районе его проживания и вот уже на следующий день мчался, как за последней надеждой в заведение в народе, именуемое «трипдачей». Над нашей горемыкой провели ряд лабораторных исследований и очень быстро был поставлен диагноз ЧЕСОТКА
причём — в очень запущенной форме. Он был срочно госпитализирован.

Не станем углубляться в методы лечения и всего, что он там пережил ради выздоровления. Через неделю его выписали с уже зарубцевавшимися шрамами. Очевидно пройдёт не один год, пока они посветлеют. Но главная рана на душе. Сколько врачей видели, как развивалась и становилась всё агрессивнее болезнь и неужели никому в голову не пришло
направить его по единственно правильному пути — в кожвендиспансер? Безразличие? Стигма? Узкая направленность врачей-специалистов? Но ведь он консультировался у инфекционистов, дерматолога. Как же объяснить случившееся? Какое название дать этому феномену пофигизма?

Во время госпитализации пациента, по месту его жительства обязаны были произвести санитарную обработку вещей, спальных принадлежностей. Но этого не было сделано. И наш горемыка вернулся к изголодавшимся по его телу клещам. Бедолага уверяет, что он всё подверг высокотемпературной обработке, выварил и перегладил все вещи и постельные
принадлежности, но я замечаю то и дело новые расчёсанные места на его руках. Порой вроде бы проходят, а потом снова всё повторяется. Что делать в такой ситуации? Что пожелать парню? Может медики прочитав дадут какой-то дельный совет? Или помогут конкретно? В редакции есть номер телефона и адрес нашего терпигорца. А мы от себя говорим: Держись, крепись, браток! В желании помочь, часто общаясь, да и попросту, будучи приятелями, я попала под раздачу, тоже заболела, но это было уже, когда диагноз уже
не был загадкой и моё лечение было быстрым и удачным. За несколько часов я справилась дома. И повторю через неделю. Главное, вовремя знать диагноз и срочно пролечиться.

Пока верстался номер.
То, что не осилил СПИД, прикончили микроскопические клещи, расшатавшие и без того слабый иммунитет. Несколько дней Толик не появлялся на сайте, телефон молчал, родичи не отвечали… И лишь спустя неделю удалось поднять всех на ноги и взломать двери. Толяна не стало 18 сентября 2017 года. Мы будем помнить тебя и любить,  братуха!

 

(с) Оля Ефименко

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.