ПОЗИТИВНАЯ ДИСКРИМИНАЦИЯ

Мэтью: «То, что человек употребляет наркотики, ещё не значит, что он хороший аутрич-работник». Мы перевернули правила, которые говорят,   « ты должен не употреблять наркотики хотя бы два предыдущих года перед тем, как устроится работать». Мы же говорим: ты должен оставаться потребителем для того, чтобы работать в нашей организации!

Мэтью: Я член Альянса потребителей танцевальных наркотиков и представитель Национального агентства развития организаций потребителей наркотиков, которое объединяет все группы потребителей Великобритании. В их числе группа Потребителей марихуаны в медицинских целях, Группы потребителей каннабиса. В нашей стране около 13-ти таких групп: Альянс потребителей танцевальных наркотиков, Метадоновый альянс, а так же около 30-ти местных групп потребителей.

Важно то, что управление организацией осуществляется только потребителями наркотиков, члены этой организации – группы потребителей со всей страны, и все сотрудники должны быть потребителями.  

Аня: Это же дискриминация

Мэтью: Да, но это позитивная дискриминация. Это не значит, что мы работаем только с активными потребителями, мы уважаем выбор человека, который решил перестать употреблять, и в нашей организации работают так же бывшие потребители. Но дело в том, что, даже если человек перестал употреблять, дискриминация, направленная против него, продолжается. Как, например, ты можешь объяснить тот факт, что 10 лет у тебя не было трудового стажа? Такие вопросы часто возникают. У нашей организации очень большие планы. Я хочу, чтобы к моменту моей смерти условия в Великобритании фундаментально отличались от нынешних. Я хочу, чтобы люди, которые употребляют наркотики для развлечения, были способны к самоконтролю, к сохранению чувства собственного достоинства, к уважению, чтобы они не испытывали тех репрессий, которые выпали на долю моего поколения потребителей. Мне кажется, что профессиональные наркослужбы не смогут добиться этого. Частично потому, что если они делают это для нас, то получается, что мы признаём то, что сами этого не можем.

И к чему призываем мы  – это постоянный контроль над тем, что с нами происходит. Самое важное условие возможностей контролировать себя состоит в том, чтобы принять ответственность за свои действия. Посмотри вокруг, что говорят нам о наркотиках и о тех, кто их употребляет? «Ты не можешь ничего контролировать. Ты отброс. Если ты употребляешь наркотики, тебе ничего не поможет, ты потерян, ты изгой». И люди говорят: «Ладно, я не буду ничего контролировать, я отказываюсь от своей ответственности».

Интересно посмотреть на историю эпидемии в Нью-Йорке: сами потребители стали меняться до того, как появились программы обмена шприцев. И началось с того, что  Нью-Йоркские потребители   заметили, что появилась какая-то новая болезнь, они называли её «ходячая смерть». Они не знали, что это такое, но они видели, что их друзья заражались  и умирали прямо на глазах. Они стали думать, что это может быть? Почему инъекционные потребители заражаются этой болезнью? Ну, конечно, виноваты, наверное, старые шприцы, очевидно, что дело именно в этом. И если посмотреть на кривую эпидемии, сначала вы видите резкий подъём, потом люди начинают осознавать проблему «ходячей смерти», кривая выравнивается; начинаются программы обмена шприцев, и кривая идёт вниз. Инструментарий даёт людям возможность изменить поведение, но потребители наркотиков сами изменяли свое поведение ещё до того, как эти программы появились. Многие люди говорят, что программы обмена спасают жизнь потребителей, но, кстати, первая программа обмена была начата группой самих потребителей, голландской группой Junkiebond в Роттердаме. И всегда именно потребители  были в первых рядах нововведений. Это свидетельствует о том, что потребители наркотиков не пассивны, как принято считать, а  способны что-то делать.

Аня:   Раньше ты работал менеджером аутрич-программы, и многие из тех людей, с кем ты работал, употребляли наркотики. Менеджеры наших программ задаются вопросом о том, как работать с людьми, когда они теряют контроль над своим потреблением и им становится очень тяжело продолжать работать.

Мэтью:   Действия потребителей наркотиков в роли аутрич-работников или «равных» в роли аутрич-работников в сотни раз более эффективны. Я говорю это не для красного словца, это подтверждено научными исследованиями, которые показали, что аутрич-работа, проводимая потребителями, была экономически в сотни раз более эффективна, чем она же, проводимая профессиональными социальными работниками. Поэтому первое, о чём нужно сказать: в аутрич-работе нужно уделять большое внимание менеджменту.

  Итак, первое, что ты делаешь, нанимаешь подходящих людей. Если ты выходишь на улицу и говоришь: «Я возьму вот этого потребителя, и этого, и этого», – тебя ждёт катастрофа. То, что человек употребляет наркотики, ещё не значит, что он хороший аутрич-работник. Я всё время выбирал людей, которые внутри сети потребителей наркотиков сами по себе играют роль «помогающих» (не путать с помогающими что-то взять! Прим.ред.), и этих людей достаточно легко найти. Поспрашивай потребителей, кто среди их друзей проявляет заботу о них, кто поможет, если есть какие-то проблемы, кто, может быть, уже раздаёт шприцы другим? Кто пригласит к себе домой, если тебе негде поесть и негде переночевать? Они и есть лучшие аутрич-работники, потому что это – те самые люди, которые сами по себе заботятся о других. После того, как ты найдёшь этих людей, у тебя должна быть наработана программа развития. Ты говоришь человеку: «Хорошо, мы будем работать вместе, но то, что ты потребитель ещё не значит, что ты знаешь, как устанавливать границы общения, как контролировать своё потребление…» Может ли он употребить наркотики во время работы? Должен ли он употреблять наркотики только в то время, когда не находится на работе? Что делать, если он встретит своих друзей, которые употребляют в тот момент, когда он работает? Необходимо установить определённые правила и начать рассматривать возникающие вопросы.

Итак, вы нашли правильных людей, провели первичное обучение, потом нужно обеспечить им непрерывный процесс обучения и поддержки. У нас есть опыт работы проектов в США, когда был нанят ряд потребителей, их отправили на улицы и ужасно с ними обращались. Им платили в два раза меньше, чем профессиональным социальным работникам. А в нашем проекте мы платим аутричерам больше, чем остальным сотрудникам, потому что они находятся на улице. Работа людей в офисе более защищена, чем уличная работа.

Необходимо осуществлять контроль над их работой, создать модель супервизии. Как добиться того, чтобы люди не ходили всё время только по своим друзьям? Мы пытаемся добиться большего проникновения, а не замыкаться в одном кругу. Мы использовали в своей работе «рабочие дневники», я просил людей ежедневно писать историю своего дня: кого они видели, что случилось? Это даёт возможность сбора качественной информации.

Для работы аутрич-сотрудника существуют две модели: индивидуальный аутрич, когда ты идёшь на «точку», разговариваешь с человеком, возвращаешься, разговариваешь с другим, опять возвращаешься и каждый раз разговариваешь с одними и теми же людьми, и работа не получает развития. Вторая модель – аутрич-работа, проводимая равными: я контактирую с людьми, поддерживаю с ними связь, они разговаривают со своими друзьями, представляют меня новой группе людей, возникает эффект «снежного кома». Если я вижу, что человек хорошо с этим справляется – я могу его нанять в качестве нового аутрич-работника. И мы начинаем поднимать новое поколение сотрудников, добиваться большего проникновения. Эти люди начинают работать в качестве волонтёров, обучающих равных. Им оплачивают расходы, еду, предоставляют определённое поощрение за работу. По мере обучения – они приобретают опыт, начинают работать как сотрудники. С ними устанавливают более формальные отношения, а старшие аутрич-работники ведут надзор за работой волонтёров. Таким образом, начинает работать целая сеть людей. И ты добиваешься мобилизации сообщества потребителей в качестве активистов.

БАЛАНС

 В нашей команде работают медсёстры и другие специалисты, которые не употребляют наркотики, и каждый привносит свой опыт. Тео Ван Дам, из голландской организации говорит: «Есть профессионалы, и есть эксперты». Профессионалы – это медицинские работники и т.д., а эксперты – потребители.

Аня: А как обеспечить обмен информацией и поддерживать взаимные отношения?

Метью:   Мы проводили специальные встречи, где пытались об этом беседовать. И люди говорили друг другу: «Меня бесит, что ты не приходишь на работу вовремя, потому, что ты всю ночь «проторчал» или протанцевал», а другие говорили: «А меня бесишь ты, потому что ты плохо обращаешься с людьми». Завязывается диалог и, порой, это единственный способ поднять, и открыто обсуждать эти вопросы. Мне так же кажется, что важно дать потребителям время, когда они могут встречаться отдельно от других. Чтобы они могли собраться вместе и обсудить, как работать с профессионалами. Потому, что следует признать: существует баланс власти, который нужно поддерживать, давая потребителям возможность встречаться как между собой, так и с другими членами коллектива. Необходимо проводить работу с потребителями, чтобы их самооценка возрастала. Могут возникнуть и проблемы другого рода. Например, если вы хотите, чтобы потребители наркотиков начинали аутрич-работу в 9 часов утра, хотите, чтобы они приходили в офис в 9 часов утра – насколько это реально? Может быть, лучше проводить эту работу с 12 часов дня до 8 часов вечера и таким образом попытаться вписать аутрич-работу в график жизни потребителей, а не заставлять потребителей соответствовать графику работы организации?

Аня: И вы с каждым аутрич-работником разрабатывали его ежедневный план?

Метью: Да, процесс был построен так, что, сначала ты волонтёр, и можешь работать хоть два часа в неделю и присматриваться к своим возможностям, начиная потихоньку выстраивать свою работу. А потом ты переходишь на новую ступень, т.е., ещё являешься волонтером, но начинаешь формальный процесс обучения. То есть не просто помогаешь, а  проходишь тренинги, обучаешься, как проводить обмен, другим вопросам.   Затем  начинаешь  работать три дня в неделю, потом становишься временным сотрудником  (т.е. подменяешь сотрудников, которые не выходят на работу). А потом уже начинаешь  получать  полную зарплату.

  Если набирать людей просто прямо с улицы, выдёргивать их из беспорядочного употребления наркотиков и сразу брать на полную ставку, вас ждёт неудача. Это всё равно, что взять человека, который ничего не подозревает о наркотиках, который всю жизнь работал в супермаркете, и сказать: «Теперь ты будешь работать в сфере наркотиков». Они могут выполнять эту работу, но это не значит, что она будет эффективна. В основном у нас возникали проблемы с сотрудниками, которых мы наняли в самом начале нашей работы, когда принимали людей просто наугад, они не получали обучения, не получали поддержки… Тогда мы начинали работу новой организации, и просто «тыкали пальцем в людей», а сейчас все сотрудники прошли пятилетнее обучение, все были волонтёрами, и теперь у нас есть целая группа людей, которые ждут получения этой работы. Это уже очень высококвалифицированные и высокооплачиваемые сотрудники, потому что всё это время мы учились работать. И на самом деле, они лучше обучены, чем многие профессионалы!                                                   

Интервьюер: Аня Саранг

(1 вып изд..13статей о Снижении Вреда – 2004- ) Актуально? Ещё как!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.