Вдоль обрыва, да над пропастью, по самому по краю…

…Вот и случилось то, чего я в последнее время боялась больше всего — я «сорвалась»… То, что, ещё вчера казалось мне кошмарным сном, вновь стало явью: чудовище выросло, окрепло, обрело уродливые осязаемые формы, запах медикаментозного пота на кумаре и землистый серый цвет пепелища. Программа самоуничтожения включилась на полную мощность, жёстко и ужасающе: и сейчас я раздавлена, разорвана на куски, распята на героиновом кресте, пригвождена к позорному столбу иглами от шприцев….

 

 

…Посвящается моим друзьям, благодаря которым я ещё цепляюсь за жизнь и пытаюсь выкарабкаться из пропасти: Ане Саранг, Жене Марон, Маше Ишковой, Ольге Беляевой, Даше Очерет, Раминте Штуйките, Тане Кочетковой, Ване Жаворонкову и Михаилу Голиченко

ииииииии

ааааааа

…Вот и случилось то, чего я в последнее время боялась больше всего — я «сорвалась»… То, что, ещё вчера казалось мне кошмарным сном, вновь стало явью: чудовище выросло, окрепло, обрело уродливые осязаемые формы, запах медикаментозного пота на кумаре и землистый серый цвет пепелища. Программа самоуничтожения включилась на полную мощность, жёстко и ужасающе: и сейчас я раздавлена, разорвана на куски, распята на героиновом кресте, пригвождена к позорному столбу иглами от шприцев. Я вновь боюсь засыпать и боюсь просыпаться, боюсь поднять глаза, одеть футболку с короткими рукавами, потому что «централки» кричат бороздами свежих «дорог», боюсь этого липкого, всепоглощающего животного страха — единственного, что живёт сейчас в моей душе! Но больше всего я боюсь потерять любимых и дорогих мне людей, которые верят мне и в меня, проживают и переживают сейчас вместе со мной этот наркотический бред, и с горечью понимают, что бессильны мне помочь… Они — единственная ниточка, связывающая меня с этой постылой жизнью с зависимостью: благодаря им я, утратив родственные связи, поняла, что родные люди — это не те, с кем ты связан кровными узами, а те, чужие поначалу, кто закрывает собой твои кровотечения… Они бы и рады помочь мне, и лекарства такие изобретены давно, но, увы, родились мы в стране непуганных идиотов, которые правят балом. Как в том анекдоте про червей:

Сын у папы спрашивает:

“Папа, а почему другие червяки живут в яблоке или в персике, а мы в дерьме?”

“Есть, сынок, такое слово — Родина…”.

Родина, будь она неладна! Страна, в которой человеческая жизнь и достоинство не стоят ни копейки, в которой ежегодно 100 тысяч молодых людей умирают от передозировки, а ещё больше — от СПИДа и туберокулёза, который они не в состоянии лечить по той простой причине, что страна не предоставляет им лечения от основной, самой страшной, всепожирающий болезни — наркозависимости… Скольких же прекрасных талантливых друзей я уже похоронила – ни одна война столько не унесёт! Я имею в наличии весь букет, — ВИЧ, гепатит и туберкулёз, – и поверьте уж мне, плевать я хотела на их лечение, когда меня «ломает»!!! Не до того — вернее, ни до чего… Опять у меня отрыв от ВААРТ, не было времени съездить в СПИДцентр за лекарствами: слава Богу, в этот раз только на неделю! Третий отрыв по причине «срыва» на героин. Четвёртая схема, «последняя линейка» – скорей всего, уже и резистентность на многие препараты есть. Выбор на будущее у меня совсем невелик, а если учесть, что творится в этой самой стране с поставками антиретровирусных препаратов, то выбора я себе не оставила. А может, страна мне его не даёт??? Как же уже надоело жить загнанной в угол, как хочется покоя и душевного комфорта – мне даже деньги не нужны, я давно научилась жить без них: один чёрт, все прокалываю! За 2 месяца заработала 50 тысяч на всяких-разных писанинах, из них только 12 тысяч потратила на покупку нетбука — остальное проколола… Когда кончились деньги, проколола и нетбук. И опять у разбитого корыта, опять находить в себе силы начать всё сначала — сколько можно? И за что???

Господин Брюн желает меня вылечить? Ему невдомёк, что я панически боюсь наших «совковых» реабилитационных центров с их трудотерапиями, старшинством и дедовщиной? Когда в многочисленных интервью после выхода статьи обо мне в «МК» меня спрашивали, что я думаю о методах Ройзмана и Бычкова, я отвечала только одно: на мой свободолюбивый характер и чувство собственного достоинства я бы либо убила своих истязателей, либо покончила с собой. Никто не поднимет на меня руку и не унизит безнаказанно, как это практикуется в отечественной реабилитации. Я уже 16 лет провела в самых страшных реабцентрах, которые только могло выдумать государство для своих больных граждан — в лагерях, где принудительно лечили галопередолом!!! Пора уже и вылечиться было — многим одного срока хватает или одной реабилитации. Увы, судя по всему я попала в разряд хронически зависимых: никто даже близко не представляет, какие от этого в душе тоска и безысходность — разве что такие же зависимые, загнанные в угол, живущие каждый день как последний, и мечтающие о смерти, как об освобождении от этого ужаса.. Только полный идиот может утверждать, что мои срывы — это блажь, распущенность и жажда удовольствий, что я могу, но не хочу бросить наркотики! Неужели же я сама желаю себе такой жизни? Имея столько талантов и способностей, будучи востребованной, нужной и любимой, снова оставаться без жилья, без копейки, без куска хлеба? Без друзей…. Больше всего я боюсь, что они устанут и махнут рукой — ведь любому терпению приходит конец, как пришёл когда-то у моих родных, выставивших меня в зиму на улицу бомжевать.

Я далеко не считаю себя слабой или трусливой: хватило духу и силы воли в лагере сидеть в карцере на голодовке со вскрытыми венами и требовать АРВТ, пока меня оттуда не вынесли при смерти. Но терапию дали!! Я бы и сейчас, не задумываясь, сделала всё, что угодно, лишь бы добиться заместительной терапии, только это, увы, ни к чему не приведёт… Не в той стране родилась… В любой другой стране наркозависимый может вести полноценную жизнь, принимая легальные медицинские наркотики, а вот в России нет! Здесь я, вместо того, чтобы заниматься любимым делом, дарить людям радость, должна воровать, обманывать, обижать близких ради того, чтобы достать себе лекарство. ЛЕКАРСТВО!!! Грош цена нашей Конституции, и её гаранту — Президенту, если не соблюдено моё основное право — право на здоровье и личную безопасность. При первой же возможности я иммигрирую из этой страны туда, где работают программы заместительной терапии, и сожалеть буду лишь об одном — о прекрасных людях, которых я оставлю разгребать дальше это дерьмо… Я устала быть зомби: я люблю жизнь, люблю людей, люблю смех! Я перестала смеяться — это страшно… Я боюсь стать ненужной: ведь человек живёт, пока он кому-то нужен! Я только начала обретать людей, которые дороги мне, и которым дорога я…

Ещё совсем недавно всё было, как в прекрасном сне: за полгода я обрела имя, статус, друзей и единомышленников, научилась зарабатывать довольно приличные деньги благодаря своему владению письмом… Многих из тех, кто знал меня недавно, удивлял такой стремительный, как ураган, подъём: у людей на такой рост уходили годы. Я не удивлялась — для меня это было закономерностью: мне удивительно легко давалось всё, за что бы я не взялась, чего бы не пожелала, о чём бы не мечтала. Господь, видать, в макушку поцеловал при рождении и выносит на руках в самых непроходимых дебрях. И я знаю, что никто не сможет мне помешать, если я решила чего-то добиться. Но мало кто знает, что самым злейшим врагом себе являюсь я сама — вернее, моя хроническая зависимость. А я знаю, что она просыпается в самый неподходящий момент и как смерч разрушает всё, что я так кропотливо выстраивала, холила и лелеяла — мина замедленного действия… Вся жизнь как на минном поле: не знаешь, где рванёт. И рвануло — да как ещё! Долго я теперь буду зализывать раны: осталось от меня месиво из мяса, крови, натянутых нервов, слёз и дикой боли в опустевшей душе. Врагу таких издевательств над собой не пожелаешь — верх мазохизма. А прекратить страдания миллионов таких же бедолаг по всей России настолько просто, что даже страшно становится от мысли, по какой причине государство не желает этого делать. Целенаправленное уничтожение всех наркозависимых – мол, чем быстрее передохнем, тем лучше? Только сдохнут одни, на смену придут другие — бессильно человечество перед наркотиками! Но всё гениальное просто: нелегальным уличным наркотикам нашли замену легальными медицинскими. Достаточно одной таблетки бупренорфина раз в сутки – и ты абсолютно пригоден для полноценной человеческой жизни и безопасен для окружающих. А государству-то какая польза: демография и количество работоспособного населения повышаются, уровень эпидемии социально-опасных заболеваний и криминализация снижаются! Впервые я увидела абсолютно счастливую наркозависимую в Украине — это было моё знакомство с Ольгой Беляевой, которая участвует в программе ЗТ уже 5 лет, и заново родилась. Она — удивительная, очень тёплая, настоящая и весёлая: как бы я хотела, чтобы я и мои друзья в России могли так же спокойно засыпать и просыпаться, зная, что утром у врача получат положенную дозу… И у меня появилась мечта — попробовать самой, что же это за чудо такое, заместительная терапия. В скором времени она сбылась, и теперь я вспоминаю «Книгу книг», Библию, в которой написано: «Будьте осмотрительны в своих желаниях, ибо вы можете это получить»…

В ноябре 2010г. я выиграла выборы и вошла в Руководящий Комитет Евразийской Сети Снижения Вреда от России. С 5 по 8 декабря мне предстояло ехать на свою первую встречу в составе Руководящего Комитета в Вильнюс. К тому времени я уже достаточно вымоталась, так как 3 месяца жила на чемоданах по городам и весям, участвуя в тренингах и акциях протеста против перебоев с АРВТ в России. В те редкие дни, когда приезжала в Калининград, стала расслабляться героином, чтобы снять неимоверное напряжение и усталость, а самое главное — восполнить недостающий естественный запас эндорфинов в организме. Потому что в поездках я чувствовала себя абсолютно счастливой, ощущая свою нужность и востребованность в окружении прекрасных людей. Дома всё иначе: комната в социальном учреждении, жильцы которого на одно лицо: бесполые, одутловатые, с признаками хронического алкоголизма. Мне невыносимо жить в этой реальности, спасало только Интерент—общение с друзьями. Благо, в ЕССВ приветствуется участие наркопотребителей в принятии решений, поэтому я рискнула написать руководству о своих предпочтениях, а именно: что я на время встречи нуждаюсь в заместительной терапии, чтобы чувствовать себя комфортно. Благодаря ребятам из ЕССВ всё разрешилось на удивление быстро и просто: на время пребывания в Литве (7 дней) руководство ЕССВ оплачивало мне бупренорфин через частную клинику. Я до сих пор не верю, что это БЫЛО со мной — самая счастливая неделя за 30 лет потребления опиатов….

Приехала я в Вильнюс поздно вечером: на 2 дня собиралась остановиться у Раминты, а потом заехать в гостиницу вместе с остальными участниками встречи. Несмотря на позднее время, Раминта сразу повезла меня в частную клинику, куда к нашему приезду уже подъехал врач. И вот тут-то начались для меня настоящие чудеса: во мне, наркозависимой, увидели человека! Более того, врач уважительно и внимательно расспросил меня о состоянии, времени последнего употребления, дозе и т.д. Сказать, что я была в шоке — значит, не сказать ничего. Мне назначили схему на 7 дней, расписали «лестницу», по которой её принимать, подробно проинструктировали и выдали таблетки на руки. Врач также предупредил, чтобы при любых побочках мы ему сразу звонили и приезжали, а напоследок сразил меня окончательно: предложил поставить меня на программу ЗТ в Литве, если я раз в месяц смогу приезжать в Литву из Калининграда за таблетками, и провозить их через границу — благо, между нами всего 5 часов езды на автобусе. Конечно же, мне не терпелось принять первую таблетку сразу, и я рассосала её под языком прямо в такси, пока мы ехали домой: приятная такая, слегка кисловатая на вкус. Раминта оказалась очень заботливой и внимательной: узнала заранее, что после первого приёма может быть тошнота и неприятие пищи, поэтому предусмотрительно покормила меня прямо на вокзале. Всё это было ново и необычно для меня: человек, с которым я была лишь слегка знакома по интернету, заботился о том, чтобы я комфортно чувствовала себя в кайфе!!! Это были семь дней сказки…

Первые 15 минут я ничего не ощущала и даже слегка разочаровалась, т.к. ждала привычного опиатного «прихода». Но когда мы приехали домой я поняла, что ко мне приходит моё любимое состояние эйфории: краски стали ярче, настроение резко улучшилось – этакое умротворение и вселенская любовь… Видимо, врач не поскупился на дозировку, т.к. я стала конкретно «зависать», чем вызвала у Раминты лёгкую улыбку — ни отвращения, ни раздражения… Всю ночь я не спала: писала, курила, оттягивалась по-полной, причём абсолютно легально. На следующее утро Раминта ушла в спортзал, а вернулась….с огромным букетом роз – поздравила меня  со столь долгожданным дебютом в программе ЗТ. Вот это отношение к людям! И это в соседней Литве, куда во времена СССР я пешком ходила. Оказалось, что Литва первой из стран бывшего СНГ ввела у себя программы ЗТ — ещё 15 лет назад, поэтому удивления это ни у кого не вызывало: болезнь, как и всякая другая — не более. Сказать честно, я «висла» всю неделю, перепутала день с ночью и даже встречу помню фрагментами, но и это окружающими коллегами воспринималась нормально: никакого негативного отношения я не ощущала — только внимание и заботу. Все они по профессии – наркологи в странах ВЕ и ЦА, где работают программы ЗТ, и привыкли работать с такими клиентами. Мы вновь встретились с Олей Беляевой, т.к. она тоже входит в РК ЕССВ от сообщества наркопотребителей. Я была счастлива её видеть, и в очередной раз по-хорошему позавидовала: то, что для меня казалось сказкой, для неё было обычной жизнью. Человек спокойно занимается любимым делом, строит карьеру, растёт духовно, учит английский. Ну почему, почему в нашей стране всё через задницу???? Ведь это же так просто и так экономически выгодно — ввести программы ЗТ и вернуть к жизни миллионы будущего поколения! Неужели всё, что мы делаем в адвокации заместительной терапии в России, так и не увенчается успехом? Я пойду до конца: теперь я точно знаю, что оно того стоит!

Домой я возвращалась с ужасом — я уже знала, что это стопроцентный «срыв»: причём не обычная расслабуха, как было до этого, а жёсткий торч, со всеми отсюда вытекающими. Мне не справиться было с такими контрастами: после сказки, которая во всём цивилизованном мире считается обыденностью, опять вернуться в наше унылое российское дерьмо!!! Уже в дороге, подъезжая к Калининграду, я заказывала себе по телефону героин: представляла возвращение в свой «милый» бомжатник, «родные» пропитые рожи, и жить не хотелось… В этой стране не хотелось. Представляю, как живут наркозависимые в более развитых странах, нежели Литва, если даже в этой маленькой стране, где всё непросто с экономикой, людям смогли создать такие условия. А в Калининграде меня ждал наркоманский притон, с ободранными стенами и матрасами на полу, с утренним вышибанием дверей «мусорами» – и это после пятизвёздочной гостиницы и каждодневного легального наркотика! Я не смогла, не справилась – у меня отняли сказку, о которой я мечтала всю жизнь: как ребёнка подразнили куклой, дали подержать и отдали другому. Возможно, если бы рядом были мои дорогие люди, я бы сдержалась из уважения к ним. Но все они живут в других городах, а дома я оказалась один на один со своей съехавшей набекрень от впечатлений «крышей» и друзьями – наркоманами. И сейчас я имею то, что я имею: ни денег, ни нетбука, ни еды — пушкинская старуха у разбитого корыта… Но я ещё не потеряла самое главное и ценное в жизни — людей, которым я посвятила эту статью, которые вместе со мной борются за то, чтобы в нашей стране ввели заместительную терапиюю, чтобы наркопотребители наконец поняли, как можно жить по-человечески даже с этой болезнью. И ради этих людей, ради того, чтобы не потерять их уважение, не сломать на середине пути всю нашу работу своим уходом, ради миллионов ребят, которые молча страдают в тысячах наркопритонов России, даже не подозревая о существовании заместительной терапии — ради всего этого и во имя этого я выкарабкаюсь, я знаю! Потому что люди, которых ты любишь, и которые тебе дороги — это самый сильный нарокотик: я это наконец поняла….

Дайте мне, пройти свою дорогу, люди, дайте мне!

Дайте мне не ощущать тревогу, люди, дайте мне!

Дайте мне те крылья, чтобы я, поднявшись, полетел,

Дайте мне стоять и петь для вас — ведь это мой удел…

Дайте мне не становиться чёрствым, люди, дайте мне!

Дайте мне не оступиться в пропасть, люди, дайте мне!

Дайте мне сердец коснуться ваших, растопить в них лёд,

Дайте мне,отбросив глупый страх, ползти вперёд…

Дайте мне поверить, что я нужен, люди, дайте мне!

Дайте мне не испоганить душу, люди, дайте мне!

Дайте мне не потерять свой смысл средь избитых фраз

Дайте мне надежду, что проснусь я не в последний раз…

 

24.12.2010.

Ирина Теплинская

rylkov-fond.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.