В ЛОВУШКЕ

 

Мне казалось, что я попала в сумеречную зону: я обвиняла во всем друзей сына, потом себя: не проследила, не проконтролировала! Мужа, своих и его родителей, даже дальних родственников – мой двоюродный дед сильно пил!

Когда я узнала, что мой сын наркоман, что я пережила! Потрясение, шок, было такое чувство, что земля уходит изпод ног, это был крах всех моих надежд.

  Мне казалось, что я попала в сумеречную зону: я обвиняла во всем друзей сына, потом себя: не проследила, не проконтролировала! Мужа, своих и его родителей, даже дальних родственников – мой двоюродный дед сильно пил! Мне казалось, что если я найду виновного, это что­то изменит!.. Но самое главное, в чем я не могла себе признаться очень долго, это то, что всегда считала, что наркоманы, алкоголики и прочие антисоциальные «элементы» происходят из семей, где принято по утрам вместо кофе выпивать стакан водки! Наркоманами могли быть выходцы из детдома, дети заключенных, кто угодно, но только не мой сын! Признать его наркоманом было равноценно признанию того, что в нашей семье что­то не в порядке, что я – плохая мать, раз воспитала ТАКОГО сына! Ночами я пыталась вспомнить, когда, в какой момент произошла ошибка, которая и привела к наркомании. И конечно, я находила тысячи ошибок, правда не своих.

В состоянии крайнего нервного истощения я пришла на Ал­Анон, я жаждала услышать оправдание для себя, мне было необходимо, чтобы кто­то сказал: ты не виновата! А что я услышала вместо этого? Какуюто бредовую историю о деструктивных семьях, которые формируют зависимую личность! Как я была возмущена! Разве я мало сделала для своего сына? Скольким я пожертвовала! Карьерой, здоровьем, всего не перечислишь, а он, неблагодарный… Все услышанное убедило меня в том, что мне не нужно ходить на Ал­Анон, что эти их идеи мне не подходят, потому что наша семья не такая! Наша семья нормальная! А то, что сын – наркоман, что ж, связался с подонками, вот и получилось…

Этими мыслями я утешалась довольно долго, прилагая все силы, чтобы отвадить этих самых «подонков» от сына, я следила за ним, ждала его до полуночи, проверяла руки, заглядывала в глаза, выхватывала телефонную трубку, когда ему кто­то звонил, я звонила в милицию, рассказывая о точках, где сын покупал наркотики, собирала какие­то подписи у таких же ополоумевших от горя родителей, но все мои усилия, направленные ВНЕ, не приводили к желаемому – сын попрежнему кололся, только делал это еще более изворотливо, а я постепенно сходила с ума.

Эти бесконечные игры в полицейских и воров меня доканали и я готова уже была сложить оружие, как мне попалась в руки книга Валентины Москаленко «Созависимость при алкоголизме и наркомании». В ней не было написано о семьях, которые часто показывают по телевизору в передаче «Криминальная хроника», то есть речь не шла о крайней нищете, повальном алкоголизме, воровстве и тюрьмах, речь шла о вполне нормальных (внешне) семьях. Таких, какой была моя семья. Внешне мы всегда были очень приличной семьей, да и внутри, так сказать, тоже: не скандалили, не дрались, посуду не были… Да и достаток у нас был всегда, дети сытыодеты, старший спортом занимался, младший – музыкой. Но, когда я прочитала эту книгу, у меня глаза словно открылись: внешнее благополучие было только внешним, оно внутрь не проникало и за душу не брало. Я вспомнила, как старший мой, когда ему лет 10 исполнилось, на улицу все время рвался. Я не была против, пусть идет, уроки сделает и пожалуйста. Я тогда не думала, что он идет не КУДАТО, а бежит ОТКУДАТО, а точнее из дома. Мой муж – человек очень замкнутый, чувства свои редко выражал, а если и выражал, то тогда держись! Дети неделю притихшие ходили. Я считала, что это воспитание помужски и для мальчиков оно необходимо. Или то, что мы с мужем настояли на поступлении в тот ВУЗ, который нам казался наиболее перспективным, а сын походил туда год, да и бросил, он в другое место хотел идти учиться… И чем дальше я вспоминала, тем больше видела ошибок, свойственным так называемым «деструктивным семьям».

И, конечно же, я впала в другую крайность, обвинив во всем себя и мужа, а заодно и наших родителей, это ведь они нас воспитали! И снова я пошла на Ал­Анон, только теперь с убеждением, что только мы с мужем виноваты в том, что на нашем дереве вырос плохой плод. Ведь если корни у дерева гнилые, то и плоды порченные вырастают. Чувство вины, ответственность за все, что происходит с моим сыном, так давили на меня, что я была близка к самоубийству. Если и есть ад, то это место, в котором нельзя изменить прошлое, нельзя исправить ошибки, которые привели к роковым последствиям.

На долгое время группа Ал­Анон стала моим единственным убежищем, потому что там я училась не брать на себя лишней ответственности за других людей и прекратить искать виноватых в случившемся. Я поняла, что не могу вернуть прошлое и исправить допущенные ошибки, но я научилась принимать свое прошлое, в этом мне здорово помогает молитва о душевном покое, которую мы читаем на каждом собрании: «Боже, дай мне разум и душевный покой принят то, что я не в силах изменить, мужество изменить то, что могу и мудрость, отличить одно от другого». Сегодня я учусь правильно строить отношения в семье, у меня не всегда получается, но я стараюсь. Мой муж и сын видят изменения, которые со мной происходят, они еще не привыкли, и не всегда им это по вкусу, но для меня сегодня главное научиться строить здоровые отношения в моей больной семье. И я верю, что эти новые взаимоотношения помогут моему старшему сыну бросить наркотики, а младшему, сделать правильный выбор, когда он вырастет».

«Треугольник Карпмана»

Для человека, живущего с наркоманом или алкоголиком, характерно находится в так называемом «Треугольнике Карпмана». Это значит играть роль спасателяпреследователяжертвы. Сдвиг ролей в треугольнике происходит тогда, когда выбранная стратегия не срабатывает. Каждой роли соответствует олпределенная стратегия (поведение, направленное на достижение цели). Для «спасателя» характерно следующее поведение: • многочисленные попытки спасти, даже если они не приносят желаемого результата; • решение проблем близкого – на работе, в учебе, в семейных отношения, с милицией; • навязчивые идеи вылечить своего близкого и прибегание ко всевозможным, даже абсурдным, средствам; • строжайший контроль, вплоть до самостоятельной покупки «лекарства»; • гиперопека.

Если посмотреть чуть глубже внешнего поведения, то стратегия спасателя направлена не столько на близкого, сколько на самого созависимого: попытки спасти часто являются ничем иным, как искупление собственной вины, иногда настоящей, а иногда придуманной. И спасение другого хороший способ поладить со своей совестью, чтобы в конечном итоге можо было сказать: я сделал все, что мог!

Когда стратегия (роль) спасателя неэффективна и близкий продолжает употреблять, созависмый часто выбирает другую, более агрессивную роль «преследователя». Если «спасатель» человек чаще всего исполненный добрых намерений, эдакий «добрый доктор Айболит», то «преследователь» не знает пощады и не брезгует ничем, лишь бы повлиять на своего строптивого близкого:

•применение воспитательно­карательных мер, вплоть до заключения под стражу; • преследование; • гиперконтроль; • ограничение свободы; • шантаж и угрозы. Если и преследование ни к чему не приводит, то вход идет тяжелая артиллерия роль «жертвы». Даже самое черствое сердце способно испытывать вину, особенно, если эту вину внушают целенаправленно. Для роли «жертвы» хараткерно: • самоистязание и самоуничтожение (в основном на публике); • давление на чувство вины; • привлечение к проблеме посторонних: родственников, подруг, как средства воздействия на совесть зависимого; • демонстративные болезни.  

Люди, попавшие в эту ловушку вынуждены часто годами играть свои роли, даже не подозревая об этом. Со временем роль становится alterego, вторым «я» человека, и он уже не в состоянии отделить себя от «спасателя», «преследователя» или «жертвы». Единственный способ разорвать порочный треугольник – научиться осознавать свои роли и отстраняться от них. Очень полезно на время стать наблюдателем, а еще лучше – заняться собой, прекратив бесплодные попытки изменить то, что изменить невозможно – жизнь другого человека. И попытаться изменить то, что еще можно изменить – свою собственную жизнь.

Удачи!

ГРУППА АЛ-АНОН для родителей тел.: 522 82 16 с 18:00 до 21:00

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *